Смерть или «Наконец-то!»

Смерть стала мыслиться иначе. Как-то нагляднее что ли. Вот — смерть. Просто смерть.

Обретем ли мы, умерев, блаженное царство живых?

Света, ты уже знаешь ответ на этот вопрос. Ты лежишь, совершенно спокойная, но это не впечатляет. По-настоящему впечатляет другое. Об этом все мысли. О том, что ты теперь знаешь. Твое тело опустили в песок, закопали. И это — не более чем фон. Фон, на котором разыгрываются, совершенно невидимо для нас, по-настоящему потрясающие события. События, недоступные воображению, но от этого куда более манящие, вожделенные для способности познания. Теперь ты знаешь все. Должна знать.

Все-таки даже в самом спокойном месте ЗДЕСЬ по-прежнему много суеты. Много лишнего. Хоть и не исключено, что все это — недооцененная составляющая жизни… Смерть же на этом фоне представляется уже каким-то призом. Наградой для тех, кто продержался. Терпеть, в конце-то концов, не так уж и много…

Смерть как разрешение иллюзий. Как точка в чаяниях. Как долгожданная определенность. «Наконец-то!» – вот что такое смерть для пытливого или блуждающего ума. Парадокс и ирония жизни в том как раз и состоит, что определенность, которой ты более всего жаждешь ДО прихода смерти, возможна ТОЛЬКО по ее свершению. В жизни необходимы результаты смерти, а в смерти, как вещают древние книги, результаты жизни…

Все перепутано в этом лучшем из миров!