Зрелость

Одна из знаковых проблем нашего мира – что “по-мужски” у нас тождественно “истинно”, “правильно” и т.п. А вот “по-женски” часто ассоциируется с “глупо”, “наивно”, “слабо” и проч. Выходит комическая ситуация. Мужчина может вести себя как “по-мужски”, так и совсем нет. А вот для женщины подобной проблемы не существует в природе. Для мужчины есть некий кодекс, именуемый “мужественностью”. А для женщины? Что бы она ни делала – все это так “по женски”. Мужчина по крайней мере знает чего держаться. А вот прогрессирующий женский инфантилизм, увы, подобными рамками не ограничен.

Так, может, пора уже признать нелепость этой аксиологии, и говорить о “зрелых” или “не зрелых” мужчинах, женщинах, поступках.

Пинок

Самый лучший пинок, который ты можешь дать – это пинок самому себе. Это не только нужно, но и крайне необходимо.

А вот пинать ближнего… Если ближний способен воспринять твой пинок как педагогическую меру, а не как агрессию или унижение, ему пинок не нужен вовсе.

Ну или к 35-ти я окончательно размяк и ополоумел.

***

Навязчивое желание “создать что-нибудь путное” сегодня все чаще сменяется желанием “опубликовать что-нибудь путное”, а последнее стремительно идет в расход ради “опубликовать хоть что-нибудь”.

Вопрос

Когда ты не знаешь, ЧТО писать, писать очень легко и просто. Ибо в этой пойме (вышедшего из берегов сознания) плыть можно в любом направлении. Хорошо это единственно с точки зрения процесса. Но письмо-как-процесс – это графоманство. Размышление невозможно без вопроса. И именно последний крайне необходимо сформулировать.

Что ты можешь сделать ночью

Эмоции подводят. Для художника они – хлеб, но для жизни в целом не годятся.

Сильные эмоции, сильные переживания и усталость всегда искажают картину, сужают поле возможных альтернатив и отрезают перспективу. Ты ничего не можешь поделать с тем, каким видится все вокруг под их чарами. Но можешь талдычить себе снова и снова, что это временно; что решения ты будешь принимать, когда прояснится, когда ты снова побратаешься с адекватностью.

Самое лучшее, что ты можешь сделать ночью: или спать, или работать. На худой конец – развлекаться.

Самое худшее – думать о своей жизни и своем месте в ней. Усталость – дурной фон для размышлений о сущем. Именно он более всего располагает к тому, чтобы сдаться.

Ну же

Ну, давай же, давай, сознание, мать твою, раскачивайся, ну же! Ведь было же что-то! Зачем же и ты уходишь? Что же мне остается… Научиться радоваться обыденности? Освоить буддизм (кратким курсом), основы медитации, наслаждаться мгновением жизни как таковой, прокачать осознанность?

Я другой, равно как и подавляющее большинство моих европейских братьев и сестер. Мы не можем без плодов. Мы не можем воспринимать этот мир как нечто завершенное, себя – как песчинку, деятельность которой не имеет ровно никакого значения, не можем наслаждаться “океаном”, бурлением как таковым. Т.е., наверно, можем, но не хотим. Расплачиваемся стрессами, депрессиями, печенью и годами… Цена не имеет значения, только бы ТВОРИТЬ.

***

Тщеславие – бич нашего времени. Все хотят показать себя, ничего из себя не представляя. Никто не хочет поделиться своим мастерстов (неудивительно, на его наработку нужны годы!). Куда проще: включил компьютер/микрофон/камеру, нагородил галиматьи, и с замиранием сердца ждешь реакцию.

У меня отвращение к празднованию дат в кругу знакомых. Фальш. Натужный смех. Принужденный юмор. Ладно, мне не трудно надеть очередную маску и “соответствовать”. Подыграть. Если тостуемому от этого радость, тогда хоть есть смысл.

В каждом из нас есть то, что принято именовать чувством собственного достоинства. Остался ли хоть кто-нибудь, в ком это чувство не придавлено чувством собственной важности?