Тщеславие – бич нашего времени. Все хотят показать себя, ничего из себя не представляя. Никто не хочет поделиться своим мастерстов (неудивительно, на его наработку нужны годы!). Куда проще: включил компьютер/микрофон/камеру, нагородил галиматьи, и с замиранием сердца ждешь реакцию.

У меня отвращение к празднованию дат в кругу знакомых. Фальш. Натужный смех. Принужденный юмор. Ладно, мне не трудно надеть очередную маску и “соответствовать”. Подыграть. Если тостуемому от этого радость, тогда хоть есть смысл.

В каждом из нас есть то, что принято именовать чувством собственного достоинства. Остался ли хоть кто-нибудь, в ком это чувство не придавлено чувством собственной важности?

Что плохого в том, чтобы зарабатывать деньги? Да ничего. Просто мне это не интересно. Что такое все деньги мира против нескольких отличных текстов, открытий, а против откровения? Просто кого-то они (и первые, и последние) мотивируют, а кому-то не в коня.

Мне дорого состояние, в котором я сейчас зарабатываю на жизнь: деятельность по-прежнему нравится, но я за нее больше не держусь. Если вдруг все развалится, будет хороший стимул начать с чистого листа. Метнуться на совсем другую стезю или даже целину. Блаженное, в общем, состояние. Может, это и есть свобода, когда и нравится, и не обладает.

Художник волен говорить, писать, петь о себе и себя лишь в том, что имеет универсальное значение. В противном случае он выступает уже не как художник, а “частное лицо”.

Жизнь даже после грехопадения продолжает оставаться любопытным экспериментом. Детство, юность, возмужание, зрелость, старость и, конечно же, смерть. Каждый из них знакомит тебя с собой как в первый раз, и вопреки линейному представлению о развитии, проходит скорее полный цикл рождения-расцвета-гибели. Т.о. каждый следующий этап – результат полнейшего кризиса предыдущего. И каждый следующий этап как будто открывает новые измерения реальности, новые “мерности”; у тебя будто появляются новые рецепторы, отростки и связи с сущим. Оно в очередной раз захватывает дух открывшейся сложностью и ты, зачарованный…

…направляешься к очередному кризису.

В мои 34 года мне нравится думать, что моя жизнь однажды закончится. Я думаю об этом не с грустью, не с разочарованием. Это больше похоже на предвкушение, но предвкушение, какое мы испытываем в детстве. Я не стремлюсь к смерти, напротив! Но без этого “предвкушения” ощущение жизни ущербно, неполноценно.

Я не знаю, чего ожидает читатель, открывая мои книги и прочие записи, но когда я пишу, то выступаю в качестве читателя ничуть не меньше, ибо порой с замиранием сердца слежу, куда приведет меня… Что бы там ни вело.

Критерий успеха

Критерий, позволяющий определить, стоил результат затраченных на него усилий или нет – это не цифры (отзывы, резонанс, лайки и проч.). Это, как ни странно, субъективное удовлетворение автора [результатом].

Прощу прощения за пафос, но…

“И увидел Бог все, что Он создал, и вот, хорошо весьма”.

Все, дальше можно отдохнуть.

Обычно на вопрос: “Ты служил?” – я отвечаю: “Ты читал Критику чистого разума”?

Поскольку как жить без умения маршировать и копать огороды начальству я хоть с трудом, но все же представляю, а вот как жить без понимания трансцендентального единства апперцепции – не представляю совсем.